
«Будни и праздники Серафимы Глюкиной» (1988) режиссёра Ростислава Горяева - один из тех советских фильмов, где совершенно выхолощена лирическая линия.
Хотя это не производственное кино. Лирика наверняка была заложена в сценарии, ведь в конце первой серии (всего их две) случайно встреченная цыганка пророчит Серафиме и любовь, и ее потерю.
У Серафимы Глюкиной недаром такие ангельско-призрачные имя-фамилия, она натура бескорыстная и возвышенная.
Глюк случается, когда старичок-сосед приходит к ней с того света чтоб отдать одолженный рубль. И сподвигает ее на решительные действия. Она ведь пробивная и упорная, когда не для себя. Бесценную коллекцию, доставшуюся в наследство, отдала городу и живет в коммуналке с быдловатыми соседями.
Кто кроме Алисы Френдлих смог бы сыграть убедительно такую интеллигентную без дураков женщину, не представляю.
А что там с лирикой и эротикой? А плохо.
Притом что напророченного любовника играет один из самых сексуальных актеров ссср Николай Еременко.
Вот тут становится понятно, почему Рязанов отчаялся выбирать из своих и пригласил Барбару Брыльску на роль одновременно и интеллигентной и сексуально-привлекательной героини. В сценах поцелуев она выглядит убедительно и не вульгарно.
Так почему же Френдлих с Еременко даже не целуется? Куда девалась романтическая линия?
Выходит, приютила одинокая женщина
Кака така любовь? Нет и намека.
Есть эпизод, когда он пытается (зачем-то) безуспешно отвести ее в ресторан, но вместо романтической трапезы получается дурацкое морализаторство. Чисто такое совецкое чистоплюйство про то, что все кто работает в ресторане - подлецы и барыги, продали идеалы.
И еще вместо здоровой эротики и человеческих чувств в фильм понапиханы опросы юным журналистом пешеходов про смысл жизни. Что может быть пошлее.